на главную

19 ноября 2017 г.

на главную

ФЗ "О таможенном регулировании"

ХАРТИЯ ВЭД

ЕЭК

Соглашение об ассоциации между ЕС и Украиной

23 ноября 2012 года

Таможенно-тарифное регулирование

Координационный Совет РСПП в СЗФО

ВТО

СПРАВОЧНИК КОМИТЕТА

Федеральная таможенная служба России

Единое Экономическое Пространство (ЕЭП) Таможенного союза "Россия-Белоруссия-Казахстан"

Таможенный Союз

Единый Таможенный Тариф

Таможенное администрирование и инновационная деятельность

АНТИКРИЗИСНЫЕ МЕРЫ

Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации

Основные направления таможенно-тарифной политики

"МОСТЫ"

Минэкономразвития России

Совет по ВЭД при МЭР РФ

АВТОМОБИЛЕСТРОЕНИЕ

АВИАСТРОЕНИЕ

АГРОПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС

АЛКОГОЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

ВВОЗ УСТРОЙСТВ С ЭЛЕМЕНТАМИ ШИФРОВАНИЯ

ЗЕРНОВЫЕ

ИННОВАЦИИИ И ВЫСОКИЕ ТЕХНОЛОГИИ

МАШИНОСТРОЕНИЕ

ЛЕГКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

ЛЕСОПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС

ЛЕСОПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС

МИНУДОБРЕНИЯ

МОЛОЧНОЕ ПРОИЗВОДСТВО

МЯСОПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЙ КОМПЛЕКС

МЕТАЛЛУРГИЧЕСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

РЫБНОЕ ХОЗЯЙСТВО

ПИЩЕВАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

РЕГИОНЫ

САХАРОПРОИЗВОДСТВО

СВИНОВОДСТВО

СТРАХОВАНИЕ

СТРОЙ ИНДУСТРИЯ

СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

СЕЛЬХОЗМАШИНОСТРОЕНИЕ

СТРОИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ФРУКТЫ

ТРУБНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

ЭКОНОМИКА, СВЯЗЬ И ТЕЛЕКОММУНИКАЦИИ

ФАРМАЦЕВТИЧЕСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

ЭЛЕКТРОННАЯ ТЕХНИКА

ЮРИДИЧЕСКИЕ УСЛУГИ

Таможенное дело

Внешняя торговля

ВТО

Библиография


 

Обоюдная выгода

5 Сентябрь 2012

Российская Газета

 

Сегодня власти региона принимают серьезные меры для развития агропромышленного комплекса. Основные направления господдержки определены с учетом проблем, накопившихся в отрасли. Необходимо стабилизировать финансово-экономическое состояние АПК, насытить продовольственный рынок качественными и экологически чистыми продуктами питания и обеспечить перерабатывающие предприятия отечественным сырьем.

 

О том, какую роль в этом процессе играет банковская сфера, и о возможных коррективах кредитной политики в связи с вступлением России в ВТО рассказал заместитель руководителя департамента по работе с корпоративными клиентами банка "Центр-инвест" Александр Бец.

 

Александр Владимирович, каковы основные направления деятельности банка "Центр-инвест" в области кредитования АПК?

 

Александр Бец: Аграрный сектор является ключевым на юге страны, поэтому мы целенаправленно развиваем программы кредитования, которые удобны и выгодны селянам. Недаром наш слоган - "Устойчивый банк для юга России". В Ростовской области "Центр-инвест" входит в лидирующую тройку банков, действующих в сфере АПК, и филиалы банка присутствуют практически на всей территории области. Кроме того, активно работаем в Краснодарском и Ставропольском краях, в Волгоградской области.

 

Выгодные программы кредитования и удобный график погашения (в периоды поступления выручки от реализации урожая) не создают значительной нагрузки на оборотные средства предприятий, что важно для сохранения непрерывности хозяйствования на селе, даже принимая во внимание возможные колебания рынка.

 

Расскажите об основных инструментах поддержки АПК.

 

Александр Бец: Сельхозпроизводитель охотно пользуется банковскими кредитами - долгосрочными и краткосрочными. Средства идут как на инвестиционные цели (покупка техники, реконструкция складских помещений, ферм), так и на пополнение оборотных средств.

 

Пользуясь кредитами, аграрии получают помощь федерального и регионального бюджетов в виде различного рода субсидий для частичного погашения процентных ставок. Две трети ставки рефинансирования могут быть погашены из федерального бюджета и одна треть - по некоторым программам из областного.

 

Например, на Дону работает программа субсидирования через компенсацию 20 процентов затрат на приобретение отечественной техники. В Ростовской области это очень существенно, так как на нашей территории находится завод "Ростсельмаш", а покупка комбайнов и другой сельхозтехники занимает большую долю в инвестиционных планах сельхозпроизводителей.

 

Существуют и компенсации расходов на ГСМ и удобрения. Программы помощи АПК действуют достаточно эффективно. Однако, хочу отметить, что объемы господдержки в РФ гораздо меньше, чем в США или в европейских странах. Учитывая факт вступления в ВТО, надо принимать во внимание, что сельское хозяйство производит не конечный продукт, а базовый: пшеницу, свеклу и так далее. Данный сектор более-менее защищен. А вот у переработчиков позиция слабее. Они попытаются перенести тяжесть проблем, возникающих на фоне высокой конкуренции, именно на базовых сельхозпроизводителей. Эти задачи предстоит решать совместными усилиями государства и предпринимателей. Разумеется, не останется в стороне и банковская сфера.

 

Насколько активно пользуются агропроизводители банковскими кредитами?

 

Александр Бец: Лучше всего об этом свидетельствует статистика. "Центр-инвест" предоставляет кредиты АПК с 1996 года. Если в 2003 году наш портфель сельхозкредитов составлял 180 миллионов рублей, то сегодня это уже 8,5 миллиарда. Согласитесь, за девять лет рост весьма значительный. Причем четыре миллиарда от общей суммы - инвестиционные кредиты. В настоящее время мы предоставили несколько семилетних кредитов. Делаем это для предпринимателей, в успешности бизнеса которых можно быть совершенно уверенными. Те, чьи хозяйства послабее, могут рассчитывать на кредит от трех до пяти лет. Есть и механизм краткосрочного кредитования, который пользуется большой популярностью.

 

При переходе от субсидирования процентной ставки к компенсации затрат на гектар посева риски по кредитам могут возрасти. Каков подход к этой проблеме у банкиров?

 

Александр Бец: Для подтверждения субсидий процентной ставки сельхозпроизводителю необходимо проделывать много бумажной работы - это минус. Но ведь и махинации здесь практически исключены, потому что банки заинтересованы в контроле, им важна возвратность.

 

А при субсидировании затрат из расчета на гектар земли ситуация более сложная. Кто будет подтверждать, сколько фермер внес удобрений на данный участок, сколько реально засеяно и обработано? Какова будет эффективность с гектара - вот вопрос. Можно работать спустя рукава, не соблюдать севооборот, экономить на защите от вредителей, а субсидию на гектар получать исправно.

 

Должен быть контроль за всем процессом, причем надо понимать, сколько это будет стоить. Я считаю, что компенсировать затраты необходимо не просто из расчета на гектар, а, например, на тонну собранной продукции. Недавно в области появилась программа субсидирования производства яйц, и это совершено правильный подход к делу. Целесообразнее субсидировать хозяйства, исходя из результатов их деятельности.

 

Насколько выгодно банкам кредитовать АПК, учитывая высокие риски?

 

Александр Бец: Говоря о рисках, обычно имеют в виду негативное влияние погодных условий на сельское хозяйство. Это немаловажный фактор, но, применяя современные технологии, его можно нивелировать.

 

Сельское хозяйство - отрасль перспективная, недаром отечественные и иностранные инвесторы охотно идут в эту сферу. Особенно это касается богатейших южных сельхозугодий. Даже в тех районах, где климатические риски высоки, при правильном подходе можно извлечь большую выгоду, занимаясь овцеводством или КРС. Сегодня оно очень слабо развито - ведь в отрасли очень длинный цикл, да и маржа в цене на мясе небольшая. Но и этот сектор можно поднять, как это уже получилось в птицеводстве и свиноводстве. А раз есть перспектива, значит, и кредитовать это будет выгодно.

 

Кредитование - ключевой вопрос в обеспечении продовольственной безопасности. Как может измениться ситуация в связи со вступлением России в ВТО?

 

Александр Бец: Существуют официально разрешенные механизмы, которые способны защитить внутренний рынок и отечественного производителя: повышение качества ввозимой продукции, сертификация и так далее. Всеми этими мерами пользуются страны-участницы ВТО, и я не думаю, что мы станем исключением.

 

При этом АПК юга находится в выгодном положении. Посмотрите на структуру производства: в регионе выращивают пшеницу, 50-60 процентов которой уходит на экспорт. Подсолнечник, свекла, кукуруза - тоже устойчивые позиции. На этом фоне кредитование АПК должно развиваться без потрясений.

 

Какие меры предпринимаются банком для повышения качества кредитного портфеля?

 

Александр Бец: Качество кредитного портфеля возрастает в основном в связи с ростом эффективности работы наших структур.

 

Основной плюс банка "Центр-инвест" - большая филиальная сеть. Практически в каждом районе у нас есть дополнительный офис, где трудятся грамотные специалисты. Для повышения их квалификации проводятся горизонтальные стажировки, тренинги, семинары.

 

Что такое бизнес-сообщество в районе? Это несколько десятков предпринимателей, которые прекрасно знают, у кого какие проблемы и успехи. Сотрудник банка должен быть вхож в эту бизнес-среду, что и обеспечивает максимальную надежность и возвратность кредитов. Безусловно, работают и залоговые инструменты, тщательный мониторинг ситуации, своевременное реагирование. Порядка 20 процентов корпоративного кредитного портфеля приходится именно на АПК.

 

Мы работаем в основном с животноводческими и зерновыми предприятиями, у которых в активе от 300-400 гектаров земли. Но в овощеводстве все может быть по-другому, там и на пяти гектарах можно снять хороший урожай за счет технологий, и мы этот фактор тоже учитываем.

 

При кредитовании АПК надо думать и о том, что существует проблема мелких и крупных хозяйств. Для каждой климатической зоны рассчитывается несколько вариантов развития бизнеса наших клиентов, чтобы они могли зарабатывать на расширенное или на простое воспроизводство. В больших хозяйствах эффективнее используется техника, есть возможность соблюдать севооборот, тот же град если и выбьет, то только часть посевов, а не весь урожай. Поэтому в конкуренции с европейскими сельхозпроизводителями шансов выстоять больше у крупных хозяйств. Да и кредитовать их значительно безопаснее и выгоднее.

 

В стратегическом плане мы и впредь собираемся держать 20 процентов кредитного портфеля под АПК. Учитывайте, что еще 10 процентов приходится на кредитование тех, кто работает в смежных сферах. Это поставщики ГСМ, семян, дилеры производителей сельхозтехники, зернотрейдеры. Кредитуем и физических лиц, работающих в АПК, причем предоставляем такие же программы, как и для горожан.

 

Работая с компанией-сельхозпроизводителем, мы стараемся, чтобы она росла, была успешной. И это не только наш финансовый интерес, но и понимание социальной важности этого процесса. Ведь рядом с таким предпринимателем трудятся реальные люди, они будут получать хорошую зарплату, а значит, они и их семьи останутся жить на селе.

 

 

------------------------------------------------------------------------

Сгущенка в кредит

5 Сентябрь 2012

Российская Газета

 

Российские переработчики просят субсидии в условиях ВТО

 

Российские переработчики сельхозпродукции надеются получить от государства компенсацию процентных ставок по кредитам на строительство новых предприятий. По их мнению, это позволит повысить конкурентоспособость отечественных продуктов питания на внутреннем и мировом рынках, а также сдержит рост цен на продовольствие в условиях работы в ВТО.

 

По словам ректора Московского госуниверситета технологий и управления Валентины Ивановой, процентные ставки по кредитам сейчас компенсируются производителям сельхозсырья. Проще говоря, помощь от государства в основном получают те, кто выращивает зерно, а не те, кто печет хлеб. Или те, кто производит молоко, а не сметану, масло или сгущенку. "Если сейчас хлебопекарное предприятие берет кредит на открытие новых производств, то процентная ставка в среднем составляет от 12 до 18 процентов. А, например, для фермеров, производящих сырье, кредит не стоит ничего. Все компенсирует государство", - пояснила "РГ" Валентина Иванова.

 

Между тем, по мнению экспертов, сделать отечественные товары конкурентоспособными в условиях работы во Всемирной торговой организации, может именно развитая переработка. Россия не может быть одним из лидеров на мировом рынке, экспортируя в основном зерно. Рано или поздно, ее вытеснят страны, предлагающие те же муку, макароны, хлеб. Особенно это актуально с учетом нарастающего мирового продовольственного кризиса. Ну и, не имея собственной развитой базы переработки, Россия вряд ли сможет предложить качественный и доступный по цене товар собственным потребителям. Эту нишу на рынке просто займут продукты импортного производства, доступ для которых практически не ограничен с учетом нашего вступления в ВТО. Это касается абсолютно всех пищевых товаров и даже хлеба. "К сожалению, уже сейчас можно констатировать, что зарубежные хлебопекарные предприятия проникают на российский рынок. Надо совсем потерять голову, чтобы пустить сюда в больших объемах хлеб импортного производства. Да, он может присутствовать в незначительной доле. Но нельзя допускать, чтобы это носило массовый характер", - прокомментировал "РГ" президент Российского союза пекарей и директор ГОСНИИ хлебопекарной промышленности Анатолий Косован.

 

Получить субсидии на кредиты от государства переработчики рассчитывают в рамках новой госпрограммы развития сельского хозяйства на 2013-2020 годы, недавно принятой правительством. Конкретные предложения оформлены в так называемой технологической платформе, подготовленной российскими учеными и отраслевыми ассоциациями. Инициатором создания такой платформы выступили Московский государственный университет технологий и управления и Российская академия сельскохозяйственных наук. "Технологическая платформа представляет перечень современных технологий, с их экономическим обоснованием и патентным сопровождением. Там представлены не просто идеи, а российские продукты, которые запатентованы, прошли практическое внедрение и дают экономический эффект. На реализацию таких технологий в регионах мы рассчитываем получить поддержку минсельхоза", - сообщила Валентина Иванова. По ее мнению, российская переработка в регионах может развиваться за счет кластеров - объединений предприятий по отраслям. Это даст эффект для повышения конкурентоспособности отечественного производства, а также сделает продукты более качественными и доступными.

 

Война в ВТО

 

Деньги и власть

Максим Товкайло

 

23 Август 2012

Ведомости

 

Присоединение России к ВТО может стимулировать торговые войны - и у отечественных, и у иностранных компаний появились новые способы защиты своих интересов. От Москвы могут потребовать отменить утилизационный сбор на ввозимые иномарки

 

Со вчерашнего дня Россия - 156-й член ВТО. Присоединение к торговой организации растянулось на 17 лет.

 

Членство в ВТО открывает внутренний рынок для импорта, но и против российских экспортеров дискриминационные меры теперь недопустимы. По подсчетам Минэкономразвития, их ежегодные потери от ограничений достигали $2 млрд.

 

Теперь отечественный производитель, считающий, что его интересы ущемляются другими членами ВТО, может защищаться через секретариат ВТО. Правда, по правилам организации инициировать расследование вправе только правительства, поэтому компаниям нужно жаловаться в Минэкономразвития. Поводом могут быть, например, антидемпинговые пошлины, различные нетарифные ограничения и т.д. Для рассмотрения дела создается третейская группа, ее результаты можно оспорить в специальном апелляционном органе.

 

В среднем споры растягиваются на 1-3 года, объясняет замдиректора департамента Минэкономразвития Екатерина Майорова: если мера будет признана не соответствующей правилам ВТО, правительству будет рекомендовано поправить ее или отменить. «Если рекомендация не будет выполнена, Россия сможет ввести ответные меры», - добавляет она.

 

Больше всего дискриминационных мер применяется против металлургической и химической отраслей, отмечает Майорова. Согласно апрельскому мониторингу Минэкономразвития в отношении российских товаров за рубежом действуют 72 ограничительные меры, в основном антидемпинговые пошлины и тарифные квоты (см.врез).

 

НЛМК будет использовать все доступные способы защиты своих интересов, однако в ВТО можно оспорить только те меры, которые были приняты после вступления в ВТО, говорит представитель компании Антон Базулев. Дискриминационную пошлину на импорт трансформаторной стали в Китай нужно было оспаривать в 2010 г., когда китайцы ее вводили, отмечает он: «Это успешно удалось США, а мы были вынуждены обратиться в китайский суд (решения пока нет. - «Ведомости»)». Через ВТО можно оспорить любую дискриминационную меру, в том числе давно действующую, не согласна Майорова: «Действительно, некоторые в ВТО считают иначе, мы же считаем, что у нас есть весь необходимый правовой инструментарий». Другой чиновник Минэкономразвития признает, что вопрос спорный, но обещает, что Россия постарается оспорить и уже действующие меры.

 

В «Еврохиме» от комментариев отказались, с представителем «Уралкалия» связаться не удалось. Сотрудник одной из компаний химической промышленности объясняет, что даже при наличии барьеров на зарубежных рынках импортная маржа выше внутренней из-за поставок удобрений отечественным фермерам по ценам ниже рыночных в 2 раза. «Мы вряд ли будем активно жаловаться - есть риски попасть на более серьезные санкции», - полагает собеседник «Ведомостей».

 

Эксперты не исключают, что и Россию могут обвинить в дискриминационных мерах. Например, введение утилизационного сбора (см.врез) может нарушать принцип национального режима - импортный товар, попавший на территорию государства - члена ВТО, де-факто обладает статусом национального, отмечает профессор РЭШ Наталья Волчкова. Могут возникнуть проблемы, признает сотрудник Минэкономразвития: «Но могут и не возникнуть, если удастся доказать, что фискальная нагрузка на импортируемые и отечественные автомобили одинаковая». Высокопоставленный сотрудник правительства надеется, что возможное разбирательство затянется на несколько лет и правительству удастся обеспечить иностранным автоконцернам льготные условия работы в России до 2018 г., когда у них истекают соглашения по промсборке.

 

Повод для претензий

 

Утилизационный сбор планируется ввести с 1 сентября. Минпром предлагает для легковых машин базовую ставку в 20 000 руб. Работающие в России производители вместо уплаты сбора должны гарантировать утилизацию автомобиля за свой счет.



По плодам их узнаете : 1/2

 

ДЕЛОВОЙ ЗАВТРАК

 

1 Август 2012

Российская Газета

 

Сергей Данкверт о свиной чуме, ядовитой рыбе, ловушках ВТО и демократии

 

Преамбулу к интервью с руководителем Россельхознадзора Сергеем Данквертом можно, пожалуй, написать в стиле анонса к какому-нибудь блокбастеру. Но сюжет этого фильма сегодня ничем не отличается от реальности.

 

Наше время. Мир поделили несколько государств, которые имеют явное преимущество не только в сырьевых, но и продовольственных ресурсах. Они ведут между собой скрытые войны за деньги и власть, чтобы в итоге диктовать свои условия на международном рынке. В этой борьбе хороши все средства: политические, финансовые, экономические, биологические. Какую внешнюю и внутреннюю стратегию, преследуя свои национальные интересы, выбирает Россия?

 

Баррель мяса

 

Сергей Алексеевич, какие отрасли сельского хозяйства окажутся наиболее уязвимыми с учетом вступления России в ВТО?

 

Сергей Данкверт: Прежде всего молочная. Сельское хозяйство - это именно хозяйство, охватывающее огромные территории с большим количеством людей. В США, в Европе, в России - на этих территориях производят немало молочной продукции. И, если то или иное государство принимает слишком либеральные меры по доступу импорта на собственные рынки, значит, люди, которые производят молоко в самой стране, остаются без работы.

 

На втором месте - мясная отрасль. В нее вкладываются большие инвестиции. В России значительные вложения, кстати, при непосредственном содействии и президента, и нынешнего председателя правительства, сделаны в производство мяса птицы и свинины. Я помню горячие споры по поводу этих вложений и с Германом Оскаровичем (Греф - экс-министр экономического развития и торговли. - Ред.), и с Алексеем Леонидовичем (Кудрин - экс-министр финансов. - Ред.). Алексей Леонидович считал, что мясо мы и за нефтяные деньги купим. Но в итоге все было сделано правильно, потому что страна должна не только развивать свою продовольственную базу, но также экспортный продовольственный, а не лишь нефтяной потенциал.

 

Что делать, чтобы не потерять достигнутые результаты?

 

Сергей Данкверт: Американская концепция предполагает, что фермеры могут произвести сколько угодно продукции, но государство отвечает за то, что делать с этим дальше. Помните, раньше наше ТВ показывало, что в США апельсины выбрасывают, молоко выливают? Да, иногда дешевле уничтожить, чем допустить снижение цен, спад производства и фермерские протесты на улице. А иногда излишки продукции можно извлечь с рынка другим путем - не уничтожить, а простимулировать потребление. В США есть специальные магазины с недорогой продукцией, которую государство извлекло с рынка.

 

Европейская концепция предполагает квотирование внутреннего производства. Помню, я был в Австрии у одного фермера. Вокруг Альпы, красота, но хозяйство небольшое, всего 40 коров. Спрашиваю: какое ваше самое заветное желание? Наверное, иметь больше земли? Он отвечает: нет, получить больше квот на молоко. Эти квоты регулируют его производство. Но у европейцев комплексная система. Они не только ограничивают производство, но и ищут дополнительные стимулы для его развития. Например, субсидируют экспорт. Пытаются найти во всей этой конструкции "золотую середину". При этом и американцы, и европейцы доступ сельскохозяйственной продукции из других стран на свой рынок затруднили. Они берут только то, что им необходимо, и в необходимых количествах.

 

По какому пути, на ваш взгляд, должна пойти Россия?

 

Сергей Данкверт: Ответ должны дать наши экономисты. Но я уверен, что государство должно отвечать в полном объеме и за сельскохозяйственный рынок, и за последствия своей экономической политики. В США есть федеральная продовольственная корпорация, которая в составе американского минсельхоза является серьезным финансовым и экономическим регулятором рынка. Больший набор инструментов должен быть и у Министерства сельского хозяйства России.

 

В нашей стране за торговлю отвечает Министерство промышленности и торговли, но о торговле продовольствием вопросы все равно задают минсельхозу. Помимо торговли, минсельхоз должен заниматься и вопросами переработки продукции. Пока же набор полномочий ограничен.

 

Было много споров из-за зерновых интервенций. Оказалось, что механизм может нормально работать, когда этим стал заниматься минсельхоз. Такие же интервенции проводятся и на западных рынках, и в Европе - почти по всем видам продукции, включая сыр, масло, сухое молоко. С рынка извлекаются излишки, а потом государство, в "лице", будем говорить, Брюсселя, думает, куда их деть. Раньше находились такие "славные" страны, как Россия, которая принимала этот субсидированный экспорт. В последние годы мы этому активно противодействуем.

 

Кстати, по поводу субсидированных поставок продовольствия. В Европе с 2008 по 2012 год субсидируется 22 процента продукции. Если предположить, что я - "Европа", а вы - "Россия" и хотите со мной конкурировать, то у вас 1,5 процента субсидий, а у меня 22 процента, плюс к этому у вас 12 процентов ставка по кредиту, а у меня 2 процента. Попробуйте в таких условиях со мной конкурировать. Поэтому, учитывая условия работы в рамках ВТО, надо четко понимать необходимость повышения роли и государства, и министерства. И хотим мы этого или нет, но государство будет вынуждено наделить минсельхоз полномочиями, которые позволят ему быстро реагировать на колебания на продовольственном рынке и принимать меры, которые необходимы и для изъятия излишков, и обеспечения населения, и для вброса продукции на рынок в случае ее дефицита или роста цен.

 

Селедка под "шубой"

 

Разговоры о расширении полномочий минсельхоза идут давно. Варианты трансформации разные: и министерство сельского хозяйства и продовольствия, и министерство продовольственной безопасности.

 

Сергей Данкверт: Мне безразлично название. Важны полномочия. Помимо того, что я уже обозначил в части регулирования рынка, нужны полномочия по обеспечению безопасности продукции. Многие вопросы здесь регулируются не так, как надо бы.

 

В минсельхоз снова передали Росрыболовство. Это объективное и правильное решение. Основы многих результатов работы, о которых в последнее время победно рапортовало Росрыболовство, были заложены в то время, когда ведомство входило в состав минсельхоза. Именно тогда принимались решения по субсидированию процентных ставок по кредитам, решались вопросы по поставкам оборудования в лизинг.

 

Сейчас Росрыболовство в составе минсельхоза может усилить направление безопасности. У агентства есть советники, работающие за рубежом. Например, советник в Марокко следит за качеством рыбы, которую мы берем оттуда в объеме 12 тысяч тонн. При этом у марокканцев также покупаем 200 тысяч тонн цитрусовых, 30 тысяч тонн ранней картошки, 30 тысяч тонн помидоров. То есть овощей и фруктов берем гораздо больше, чем рыбы. А зарубежный сотрудник числится в Росрыболовстве и занимается только рыбой. Также у Росрыболовства в Китае есть советник, а у минсельхоза нет. Хотя с Китаем у нас немало ветеринарных проблем, в том числе и по острому вирусному заболеванию животных - ящуру. Сейчас, когда ведомство передано в минсельхоз, логично было бы, чтобы зарубежные специалисты следили за безопасностью всего оборота со странами-партнерами.

 

Ходили разговоры и о том, что Федеральное агентство лесного хозяйства (Рослесхоз), которое находилось в прямом подчинении правительству, а сейчас "передано" в мин природы, могут переподчинить минсельхозу.

 

Сергей Данкверт: Сложно дать конкретный ответ на этот вопрос. Но, смотрите, за охоту отвечает минприроды, в которую входит Рослесхоз. При этом минприроды продолжает выдавать лицензии на отстрел диких кабанов. А они - переносчики чумы свиней. Поэтому в отдельных регионах должен быть не отстрел, а уничтожение и утилизация кабанов. Я недавно разговаривал с руководителем, имеющим отношение к охотничьим хозяйствам, убеждал, что надо препятствовать охоте. Он возражал, говорил, что это их хлеб. Сейчас на этой территории из-за очень сложной обстановки в связи с чумой ввели карантин. И там теперь вообще ничего делать нельзя. Вместо того, чтобы вопрос вовремя урегулировать, сами себе сделали хуже.

 

Некоторые начальники многое не понимают. Я губернатору Тверской области говорил: срочно вводите карантин. Он это сделал спустя 11 дней. В итоге результаты удручающие. Теперь поголовье свиней должны сокращать и близлежащие регионы.

 

Свинья во время чумы

 

Эксперты говорят, что ситуация с африканской чумой свиней в России близка к катастрофической. Откуда вообще пришел вирус и как с ним бороться?

 

Сергей Данкверт: Вирус проник в Россию из Грузии, несмотря на то что на территории Грузии находилась лаборатория американских военных, которая помогала ей бороться с различными заболеваниями. Но почему-то именно Грузия стала распространителем африканской чумы. Из этой страны вирус попал в дикую природу, на территорию Чечни, Ингушетии, Кабардино-Балкарии. Когда эти кабаны оказались в Чечне, там был режим контртеррористической операции. И борьба с кабанами была бы как борьба с боевиками. В итоге вирус проник на территории Ставропольского и Краснодарского краев.

 

Проблема с АЧС сейчас не только в России, но и в Азербайджане, и в Армении. До этого от эпизоотии страдали и другие страны: Франция, Италия, Мальта, Андорра, Португалия, Испания, Бельгия, Голландия, Доминиканская Республика, Гаити, Бразилия, Куба и даже СССР. В Испании и Португалии с чумой боролись 35-37 лет, в том числе с помощью госпрограмм. В Испании в 1960 году было 1400 случаев африканской чумы. 14 лет они боролись с тем, чтобы хотя бы выйти на 1000 случаев. За это время в Испании было издано 30 регулирующих документов, 11 королевских указов по борьбе с африканской чумой свиней. На Сардинии, борясь с чумой, вывели всех свиней и кабанов с 1993 по 2009 год. Потом, правда завезли кабанов, и они снова заболели через клещей...

 

Делаем все, чтобы было понимание того, что происходит. Но, к сожалению, многие руководители, включая губернаторов, которые получили самостоятельность, считают, что они все знают про чуму свиней. Поэтому сейчас такие результаты в Тверской области. Это первая проблема.

 

Вторая проблема заключается в том, что мы не можем регулярно проверять, что происходит в личных подсобных хозяйствах (ЛПХ). В свое время минэкономразвития посчитало проверки частных хозяйств бюрократическими препятствиями. Теперь от ЛПХ мы получаем вирус. К тому же в них не регламентируется количество животных. Хозяйство в 1200 голов в Ставрополе или в 500 голов в Краснодаре - реальность. И здесь я опять вынужден апеллировать к международному опыту, который говорит о том, что ветеринарный инспектор должен проверять хозяйство по мере необходимости.

 

Но ведь, когда принимали 294-й федеральный закон, ограничивающий число проверок, много говорили о том, что не надо "кошмарить" бизнес. Предприниматели жаловались на бесконечные препоны и поборы. Речь идет не о вашем ведомстве, а о надзоре вообще.

 

Сергей Данкверт: Я специально взял с собой интересный документ, опять же разработанный нашими коллегами в очень демократичных Соединенных Штатах Америки. Например, в США вы решили организовать торговлю мясом. Для начала надо просто заявить об этом. Уведомили и три месяца спокойно работаете. Однако спустя три месяца вы должны прислать отчет в организацию, аналогичную нашей. И в этом отчете вы обязаны указать все: количество часов и дней работы предприятия, тип деятельности, экспорт, импорт. Надзорной службе также необходимо представить список всех людей, которые сотрудничают с заявителем, включая собственников, партнеров, руководителей компаний, владельцев акций. Подаются данные об их номерах соцстрахования, дате и месте рождения, домашнем адресе.

 

В следующем пункте надо указать, какие из этих людей были осуждены за уголовное или неуголовное преступление, связанное с покупкой, переработкой, распределением, упаковкой и продажей сельхозпродукции. Необходимо описать состав преступления, день привлечения к ответственности, название суда, перечислить обвинения... Кроме этого, надзорный орган надо постоянно уведомлять об изменении этого списка людей. Также необходимо подписать специальное соглашение и подтвердить, что все изложенное в заявлении, правдиво. Заявителей, которые преднамеренно предоставили неверную информацию, могут оштрафовать до 10 тысяч долларов или лишить свободы на 5 лет. Такие требования в демократическом, подчеркиваю, государстве.

 

А что у нас? Когда человек поставляет партию свинины, он не то что ничего не регистрирует, без документов работает! Какой там номер социального страхования... Предприниматель даже не знает, как зовут того, кому он продает мясо. Россия передовая страна в отношении принципов демократии и отсталая по части ответственности и меры наказания. Штраф в 500 рублей за несанкционированную перевозку 100 свиней - что это? Американцы в таком случае уничтожают все содержимое машины за счет того, кто везет, и заодно конфискуют транспортное средство.

 

Я понимаю коллег, которые хотят демократично выглядеть. Но главное, чтобы не только костюмчик сидел, а под ним правильное содержание было. В России есть понятие, которого нет ни в одной стране, - "регулирующее воздействие". Наши нормативные документы должны быть составлены с учетом оценки регулирующего воздействия. Но в нынешней ситуации уместней называть это "регулирующим бездействием", которое обходится в сотни миллиардов рублей. Так оценивается сумма прямого и косвенного ущерба в России от африканской чумы свиней. Если не принять меры, от чумы пострадают все регионы.

 

Надо ли запрещать разведение свиней в личных подсобных хозяйствах и переориентировать людей на овцеводство, козоводство, разведение кроликов?

 

Сергей Данкверт: Я понимаю, что личное подсобное хозяйство - часть жизни человека. И, если мы будем что-то запрещать, то создадим ситуацию, близкую к крестьянским бунтам, когда помещика гоняли вилами. Но хотим мы этого или нет, в Южном федеральном округе люди уже сами ликвидировали 1400 ЛПХ со свиньями. В Ставропольском крае население начало самостоятельно разводить других животных.

 

С Тверской областью, где сейчас очень напряженная ситуация, граничат Московская и Смоленская области. Если мы вокруг Твери сделаем специальный "пояс" в 40-50 километров от границы, уничтожим там диких кабанов и ликвидируем свиней в личных подворьях, то снизим вероятность распространения заболевания на близлежащих территориях. Поэтому где-то надо животных, к сожалению, уничтожать, где-то постепенно переводить хозяйства на другие виды деятельности. Помимо этого к концу года необходимо существенно поднять штрафы за нарушение ветеринарных правил. И, как я уже говорил, обеспечить беспрепятственный доступ наших специалистов в хозяйства.

 

Но это "пожарные" меры, а на перспективу?

 

Сергей Данкверт: Что касается перспективы, то интересен опыт Бразилии, одного из крупнейших производителей мяса в мире. Там крупные агрохолдинги помогают небольшим хозяйствам. Дают молодняк на откорм фермерам и дальше обеспечивают их всем необходимым, включая ветеринарное обслуживание. На внедрение такой схемы у нас призывал обратить внимание и новый министр сельского хозяйства.

 

Кстати, интересная система работала до революции и в России. В земствах были так называемые случные пункты, в них стояли быки и жеребцы, чтобы фермер мог случить свое животное, точно зная производителя. Агрономы и ветеринары в земствах помогали крестьянам дальше выращивать скот. Сейчас все это превратилось в бизнес. А люди на бизнесе экономят, в ветеринарию деньги не вкладывают, поэтому в ЛПХ такой результат.

 

По количеству поголовья крупного рогатого скота и свиней Россия не передовик, но проблемы очень серьезные. У нас 20 миллионов голов крупного рогатого скота, а в Бразилии 230-240 миллионов. В Китае 500 миллионов свиней, в России - 19 миллионов. Но в Китае дисциплина.

 

Я обсуждал проблему ответственности личных подсобных хозяйств и ужесточения проверок с Валентиной Ивановной Матвиенко. Надеюсь, в сентябре в Совете Федерации мы представим информацию по этому вопросу. А также затронем тему исполнительной вертикали. Ведь помимо самостоятельности, которая дана субъектам в отношении ветеринарного надзора, эта работа также разделена и в силовых ведомствах. Теперь у ФСО, минобороны, ФСИН, министерства внутренних дел и ФСБ свои ветслужбы и свои неутешительные результаты работы по профилактике распространения чумы свиней. Поэтому, если не командная, то исполнительная вертикаль должна быть обязательно.

 

Блютанг и шмалленбер

 

Россельхознадзор иногда критикуют за жесткость. Вы известны своей твердой позицией в отношении запретов на импорт товаров животного происхождения. Понятно, что в ряде случаев это протекционистские меры по защите внутреннего рынка. Но бывают и реальные угрозы.

 

Сергей Данкверт: Приведу вам примеры по поводу жесткости. Помню, в Калининграде один фермер из Дании хотел купить 4 гектара нашей земли под предлогом производства удобрений из свиного помета. На самом же деле, свиной помет - не самый ценный материал, мягко говоря. Если бы мы дали тогда ему на это разрешение, то сейчас бы имели в России систему утилизации датского навоза. Европейцы ограничены в земельных ресурсах, а у нас возможности большие.

 

 

 

 

Ценные наблюдения

25 Июль 2012

Российская Газета

 

Сергей Данкверт: Дешевые импортные товары могут в любой момент подорожать

 

чего ждать российским производителям и потребителям продовольствия - это главный вопрос, который беспокоит наших сограждан в связи со вступлением России в ВТО.

 

Только ленивый не говорил о том, как могут пострадать отрасли сельского хозяйства из-за снижения мер господдержки для отечественных предприятий. И какие хорошие при этом открываются перспективы для зарубежных компаний. Это беспокоит производителей. А потребители волнуются о цене, безопасности и качестве продовольствия.

 

Во время "Делового завтрака" в "Российской газете" один из самых "закрытых" для прессы руководителей отечественного агропрома, глава Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Сергей Данкверт разрушил многие стереотипы, сложившиеся в отношении последствий нашего вступления в ВТО. Он затронул и другие злободневные темы, связанные с безопасностью производства и потребления продуктов, рассказал о новых биологических и прочих угрозах современного мира и обозначил свое видение по наболевшему вопросу для многих губернаторов и сельских жителей: что же все-таки делать с африканской чумой свиней. Кстати, через пару часов после интервью к нам пришло срочное сообщение Россельхознадзора - в Тверской области от чумы "сгорел" комплекс на сто двадцать тысяч свиней...

 

Сергей Алексеевич, Россия фактически стала членом ВТО. Ваша служба в числе тех ведомств, у которых работы прибавится больше всего. Вы готовы обеспечить безопасность продукции? Какие товары и откуда сейчас могут хлынуть на наш рынок?

 

Сергей Данкверт: Вступление в ВТО у нас волнений не вызывает, мы адаптировались к работе в рамках Всемирной торговой организации уже давно.

 

Для кого-то эта ситуация связана с какими-то сложностями, для кого-то - возможность пиара. Для Россельхознадзора же это обычная, рутинная и непростая работа. Ее эффективность зависит от ряда факторов, в том числе от нормативного творчества, и того, насколько государство понимает те задачи, которые должна выполнять наша служба.

 

Иллюзии же относительно того, что теперь перед Россией откроются все рынки, настолько призрачны, что не выдерживают никакой критики. Могу привести простой пример. В 1997 году Евросоюз запретил ввозить американскую говядину от животных, выращенных с помощью стимуляторов. И, несмотря на отсутствие четкого научного обоснования, которое надо было бы Еврокомиссии предоставить, запрет частично действует до сих пор. В свою очередь США запретили ввоз мяса птицы из стран Евросоюза под предлогом небезопасности продукта. И опять же - без необходимого научного обоснования. И вот так США и ЕС в рамках ВТО спорят уже 15 лет. В 2002 году Турция ввела запрет на ввоз кормов для кошек и собак из ряда стран под предлогом защиты животных от губчатой энцефалопатии. Венгрия, которая официально признана страной, свободной от этого заболевания, затребовала через ВТО проведения консультаций с турецкими властями. Но проблема до сих пор не урегулирована. Примеров много.

 

Но все это лишь слабо закамуфлированные протекционистские меры защиты своего рынка. У России, конечно же, есть собственные интересы, и она может присоединиться к ограничениям, которые применяют другие страны в рамках ВТО. Впрочем, если мы присоединимся ко всем этим мерам, то нужно будет закрыть поставки практически для всех основных стран-поставщиков. Наша же цель - более эффективно работать за рынки сбыта отечественной продукции. Мы должны создать нормальную конкуренцию на нашем рынке, а не просто принимать продукцию тех стран, которые рассматривают нас как сказочно емкий рынок. И мне было даже странно слушать, когда начались разговоры о потребном-де размере пошлин - 5 процентов, 3 процента. Как будто это самое главное...

 

Наши читатели многое ждут от ВТО. Им объясняют, что будет больше импортных товаров и они станут дешевле. Насколько оправданны такие ожидания?

 

Сергей Данкверт: Я руководитель надзорного органа - это одна сфера моего человеческого опыта. Вторая сфера - мои рассуждения как доктора экономических наук. Понятно, когда люди читают газеты, они хотят сенсаций. Но настоящая жизнь от этого далека. Все в этом вопросе зависит от того, насколько и как государство будет принимать открытость рынка. Существуют ведь национальные интересы. Например, в отношении безопасности импортируемой продукции и собственного аграрного производства.

 

Сегодня могу сказать, что с присоединением России к ВТО увеличится импорт готовой продукции. При этом мы должны иметь столь же свободные условия доступа российской продукции на западный рынок. Пока Россия не поставляет в Европу даже никакой глубоко переработанной продукции - ни колбас, ни тушенки. Мы экспортируем туда лишь мясо дикого оленя, которое интересно Евросоюзу, и рыбу. И эту рыбу они перерабатывают и обратно поставляют нам. То же - с мясом диких животных.

 

Если мы хотим, чтобы к нам завезли как можно больше продукции, закрывая глаза на то, почему она так дешева, то завтра ее завезут много. Но тогда отечественные предприятия разорятся. Правда, наши люди счастливо покушают. Но... не долго. Выгодно ли, чтобы сегодня завезли дешевое, и завтра-послезавтра это подорожало? Или выгодно сделать так, чтобы был определенный баланс и паритет интересов?

 

Отмечу, что широкого захвата рынков не позволяет ни одна цивилизованная страна. Именно поэтому сейчас у Россельхознадзора есть списки предприятий 120 стран, которые аттестованы для поставок продукции в Россию. Кстати, наши партнеры по ВТО всячески старались заставить нас отойти от требования о необходимости аттестации предприятий-поставщиков, и они этого добились этого - правда, только в отношении молочной продукции. По этому виду товаров с момента вступления в ВТО должен быть заявительный принцип.

 

Из-за этого будут проблемы у российских молочников и у потребителей этой продукции?

 

Сергей Данкверт: Мы эту ситуацию рассматриваем просто. У нас ведь есть свои требования и национальные интересы. Если международный рынок ограничивает поставки нашей продукции из-за так называемой неэквивалентности, из-за того, что наше предприятие не включено в их списки, то в Россию будет поступать импортная молочная продукция только с тех предприятий, эквивалентность надзора за которыми мы признаем. Эти поставщики должны пройти нашу систему аудита. Пока таких стран нет...

 

Кстати, за восемь лет Евросоюз не разрешил ни одному нашему предприятию поставлять мясо птицы, в том числе готовую продукцию. Ситуация сложилась более чем странная. В Калининграде, например, есть несколько перерабатывающих предприятий, построенных хорватскими бизнесменами. Они завозят мясо из Германии, из него делают гамбургеры, наггетсы, жарят-парят, замораживают, но в Европу готовый продукт поставить не могут. Им не разрешают. Европейское сырье, европейское оборудование, европейские технологии - но нельзя. Защита рынка.

 

Если мы как государство хотим, чтобы что-то подешевело для потребителя на перспективу, надо заранее просчитать последствия. Но вместе с тем я отношусь к этому спокойно, потому что у нас на сегодняшний день ограничений нет ни по заградительным пошлинам в отношении готовой продукции, ни по количеству предприятий. Продукцию животного происхождения в Россию сейчас поставляют 11 тысяч предприятий. Мы должны быть готовы к растущей конкуренции и использовать возможность, чтобы поднять производство на новый уровень. Без государства аграрии не справятся.

 

 

 



От нашего стола

 

 

 

 

 

 

24 Июль 2012

Российская Газета

 

Вступление в ВТО не повредит сельскому хозяйству, российское продовольствие может ускорить рост экономики

 

России надо научиться жить в обстановке неопределенности и стагнации в мировой экономике. А значит, оперативно и глубоко заняться развитием тех отраслей, которые на долгие годы могут обеспечить стране устойчивое продвижение на зарубежных рынках, поддерживать достойный рост отечественной экономики. Наше вступление во Всемирную торговую организацию может открыть перед страной новые возможности, но оно принесет и проблемы, которые необходимо предусмотреть, не дать им набирать обороты.

 

Мы уже не раз на страницах "РГ" обсуждали, что нужно сделать в области энергетики, как последовательно стимулировать нефтехимию, производство тысяч и тысяч наименований продуктов с высоким уровнем добавленной стоимости из нефти и газа. Однако надежный российский козырь - нефть и газ - в ближайшее десятилетие может потерять свои магические свойства. Но у нашей страны есть другой, не менее могучий ресурс - наша земля и продукты ее обработки. Речь идет о сельском хозяйстве.

 

Вспомните: дореволюционная Россия для остального мира в области сельского хозяйства была тем же, чем сегодня Россия энергетическая. На глобальном рынке зерна наш экспорт составлял до 28 процентов всех мировых поставок. Сегодня - 10 процентов. Тем временем наша страна с 10 процентами мировых посевных площадей и при тех результатах, которых мы достигли по реформированию агробизнеса за последние годы, может получить огромный геостратегический ресурс. Потребление продовольствия обделенных землей Китая, Индии, Японии и других азиатских стран растет экспоненциально. Как свидетельствуют специалисты, люди, начавшие есть хлеб, обратно полностью на рис не перейдут.

 

И речь идет не только о зерне. К примеру, с 2002 по 2008 год производство мяса курицы (самого быстрого для выращивания, полезного с медицинской точки зрения и дешевого для населения), выросло в России в три раза. В том числе благодаря грамотной политике государства, которое выделяло льготные кредиты. Так что мы можем полностью обеспечивать внутренние потребности в этом продукте и насыщать огромный азиатский рынок.

 

Темпы в сельском хозяйстве набраны приличные - в 2011 году рост производства в отрасли превысил 22 процента. Тем не менее отечественные производители выражают обеспокоенность, что в условиях присоединения России к ВТО перед нами возникнут проблемы, относящиеся в первую очередь не к селу, а к отставанию в технологиях, страховом деле, финансах и кредитах. Себестоимость нашего производства растет в связи с ростом цен на энергоносители и другие услуги наших "естественных" монополий. Отсутствие нормального кредита, доступного производителям, связано с узостью и объемом финансового рынка. Страховщики здорово подводят пока селян по выплатам за застрахованные посевы от неурожаев.

 

Государство видит и понимает эти проблемы. Из 50 защитных мер, одобренных правительством в связи со вступлением России в ВТО, 14 относятся к сельскому хозяйству и полностью соответствуют правилам этой организации. Мы только напрямую будем тратить на субсидирование наших сельхозпроизводителей до 300 миллиардов рублей в год. А еще есть так называемая "зеленая корзина" ВТО, в рамках которой финансовая поддержка хозяйств, направляемая на технологические инновации и сохранение экологического баланса, не ограничивается вообще.

 

Но это - наше ближайшее завтра. А сегодня, надо решать тяжелые проблемы постоянной нехватки оборотных средств и начального финансирования жизненно необходимых объектов. Высокая ссудная задолженность аграрного сектора отнюдь не означает его низкую эффективность, а в значительной мере обусловлена большой и постоянно растущей на протяжении многих лет стоимостью практически всех необходимых для сельскохозяйственного производства ресурсов (энергоносителей, сельхозтехники и оборудования, семян, кормов, удобрений, генетического материала и много другого). А главное - непрерывно растущими издержками на строительство и реконструкцию объектов инфраструктуры (газо-, тепло-, водо- и электроснабжение, дороги, очистные сооружения и прочее). Как видим, полученные агропромом средства реально вовлечены в народнохозяйственный оборот, создают дополнительные рабочие места, способствуют росту производства и его доходности, но в основном в смежных отраслях национальной экономики (электроэнергетике, строительстве, металлургии, машиностроении, химии и нефтехимии и других).

 

При этом производственные издержки АПК, ввиду чрезвычайно высокой социальной значимости сельскохозяйственной продукции, невозможно перенести на закупочные продовольственные цены, как это происходит в других отраслях. Продукция АПК реализуется в торговые сети почти по себестоимости. И там же остается 25-30 процентов маржи, необходимой для нормального функционирования российского агропромышленного комплекса. Объем ссудной задолженности АПК на сегодня стал не только сдерживающим фактором его дальнейшего развития, но и серьезной проблемой для банков, кредитующих аграрный сектор экономики. Пролонгированные и в основном проблемные кредиты предприятий агропрома вынуждают банки формировать значительные резервы, что реально сокращает их прибыль и затрудняет дальнейшее кредитование агропромышленного комплекса. А это существенным образом ухудшает финансовую отчетность как заемщиков, так и кредиторов, усложняя привлечение дополнительных средств на внутреннем и внешнем рынках.

 

В новой российской истории такая проблема уже решалась - в 1990, 1993, 1994 и 1995 годах. Делалось это путем списания части долгов, что позволяло временно стабилизировать финансовое состояние сельхозпредприятий различных форм собственности. Начиная с 2000 года, подобная практика была прекращена. Вступление России в ВТО и, соответственно, работа в новых и весьма жестких экономических условиях существенно обострит проблему растущей ссудной задолженности отечественных сельхозтоваропроизводителей перед банками и не позволит им, без принятия надлежащих компенсационных мер, конкурировать с участниками глобального агропродовольственного рынка. Вот почему необходимо максимально смягчить трудности переходного периода и придать АПК со стороны государства "модернизационный толчок".

 

Что же можно сделать для выхода на новые рубежи?

 

Первое. На возвратной основе из средств государства провести реструктуризацию задолженности для производителей сельскохозяйственной продукции сроком на 20 лет под 3 процента годовых. Речь идет о кредитных договорах, за счет которых были осуществлены инвестиционные проекты по строительству, реконструкции и модернизации капитальных объектов АПК, приобретены сельхозтехника, оборудование, высокопродуктивный скот, а также земли сельскохозяйственного назначения и выполнен их ввод в севооборот. Второе. Принять меры по реструктуризации ссудной задолженности по кредитам, выданным предприятиям растениеводства и животноводства, которые субсидируются государством. Третье. Продлить до 2020 года действие нулевой ставки по налогу на прибыль для сельскохозяйственных товаропроизводителей. Четвертое. За счет государства списать пени и штрафы по просроченным лизинговым платежам. И опять же по схеме - на 20 лет под 3 процента годовых - реструктурировать задолженность по фактически осуществленным с 1 января 2006 года расходам на приобретение предметов лизинга (сельскохозяйственной техники, технологического оборудования, племенной продукции и другого). Все эти меры рассчитаны как раз на переходный период выполнения наших обязательств по ВТО. Их вполне можно реализовать в рамках согласованного объема прямой государственной поддержки АПК.

 

В следующих публикациях, мы с вами поговорим и о других отраслях, поскольку в экономике, как известно, все взаимосвязано. Впереди нас ждут не просто сложные времена, но и период принятия жизненно важных решений. И, я надеюсь, реформ. Сейчас обстоятельства складываются так, что у России есть возможность для рывка на глобальные рынки. Рост мирового валового внутреннего продукта в этом году ожидается на уровне скромных 3,5 процента. Это на 2 процента ниже по сравнению с 2010 годом и на полпроцента меньше 2011-го. Рост развитых экономик мира еще скромнее - только 1,4 процента. Еврозона в рецессии - ее экономика сократилась на 0,3 процента. Только благодаря китайским 8,2 процентам, индийским 6,9 и нашим 4 процентам роста ВВП мира все-таки экономически прирастает.

 

В этой обстановке не утихают споры между неокейнсианцами и либералами. Первые - сторонники массовых вливаний государствами денег для повышения платежного спроса. Вторые - говорят о том, что лишь стимулирование предпринимательства, снятие налоговой и другой нагрузки с производителя, позволит системно сократить безработицу, и уже на втором шаге - увеличит тот же покупательский спрос и обеспечит точки роста. Отсюда самый характерный набор инструментов - у одних государств это сокращение дефицита бюджетов за счет богатых и предприимчивых, у других - снижение налогов, сокращение госрегулирования, в нашем случае еще и массированная приватизация неэффективной госсобственности. Политические руководители крупнейших экономик пока заняты разработкой краткосрочных мер спасения и пожаротушения. В зависимости от того, кто у власти - левые или правые, - они настаивают на своем наборе мер без далекой стратегической перспективы.

 

Да, мир пока избежал худшего из того, что случилось после Великой депрессии 30-х годов. Но это не снимает с политиков и экономистов необходимости думать о более долгосрочном антикризисном регулировании и строительстве новой модели мироустройства. Как России найти свое место в таком глобальном реформировании - предмет особого анализа. Но для начала нам следует обратить внимание на наши богатства и преимущества, которые делают страну достойным и важным членом мирового сообщества, способным участвовать в управлении процессом. И среди этих богатств, безусловно, первые позиции занимают наша земля и сельское хозяйство.

 

почему экономике мира

 

нужны реформы

 

Факт первый. Финансовые рынки, послужившие "благодатной" почвой для запуска механизма кризиса, регулируются, в лучшем случае, на национальном уровне, по сути являясь глобальными. Приток и отток спекулятивного капитала при таком лоскутном регулировании способен обрушить любую развивающуюся или даже среднеразвитую экономику. Россия в этом смысле - показательный пример. Когда спекулянты начали выводить с наших рынков капиталы, чтобы закрыть долговые позиции на более крупных и важных для них площадках, наша экономика обрушилась почти на 10 процентов. При этом, как известно, народно-хозяйственный комплекс страны не претерпевал никаких катаклизмов, кроме беспрецедентного сжатия кредита.

 

Факт второй. Изменился рынок труда. Неквалифицированный, самый массовый труд отошел мигрантам, перенесен в географические зоны с низкими трудовыми издержками или механизирован. То есть традиционный социалистический рецепт - давайте повысим покупательную способность трудящихся, и они принесут деньги на рынок, который простимулирует восстановление производства, - больше не работает. В основных экономиках устойчиво оплачиваемые рабочие места, ведущие к формированию среднего класса, складываются за счет образования, подготовки гибких систем занятости, которые имеют более длительный временный цикл. Только они антицикличны по отношению к кризису и могут создать долгосрочную занятость, а, значит, и рост спроса.

 

Факт третий. Фискальная функция государств, подобно финансовым рынкам и вслед за ними, претерпела драматическую трансформацию. Ясно, что без налогов нет бюджета, нет национального государства. На наших глазах эти функции в национальном масштабе становится все труднее реализовать - налоги на крупные, да и на средние корпорации расползаются по офшорам или просто более выгодным юрисдикциям. Это усугубляет неравенство.

 

Факт четвертый. Сокращается природный ресурс планеты, который мы все более интенсивно используем. Плодородная земля, вода, углеводороды - их становится меньше, а людей больше. Так называемая агроинфляция - рост цен на продовольствие - достигла своего исторического максимума и продолжает расти. Стратегия, как наша национальная, так и международная, по этому поводу не выработана, ее нет даже в начальной стадии.

 

Каждый из этих фактов - вызов сегодняшнему экономическому, да и политическому мировому порядку, который рано или поздно придется менять. Но лучше с этим не затягивать.

 

Игорь Юргенс,

 

председатель правления Института современного развития


© 2003-2006. Комитет.

Разработка сайта: Creagen

Rambler's Top100